Глава Сбербанка Герман Греф в интервью ТАСС рассказал о дедолларизации, монополиях и предсказал разрушение существующего миропорядка.

Макроэкономика. От начавшегося года Греф не ждет «ничего оптимистичного». Макроэкономику трудно сбить с тренда, но если она сдвигается, вся система пускается вразнос, говорит он. «Человечество накопило слишком много негатива и начинает последовательно разрушать то, куда шло последние полвека. Не верю, будто подобный фокус останется без последствий. К сожалению, мы с этим столкнемся, нас ждет разрушение существующего миропорядка», — заявил глава Сбербанка.

Кризис приходит позже, чем мы ожидаем, и раньше, чем мы готовы, напомнил Греф. Защититься от этого можно, выстроив максимально конкурентоспособную и гибкую модель управления. Государствам это сделать сложнее, признал Греф.

Политика регулятора. Руководство ЦБ — исключительно профессионально, отметил Греф.  «Центробанк внимательно следит за ситуацией, оперативно реагирует на изменения, степень устойчивости банковской системы за последние годы выросла в разы», — перечислил Греф.

Но для Сбербанка самое плохое – смена тренда, отметил Греф. Банк выдает ипотеку с маржой 0,1, ниже ставки опускать уже некуда, а после того, как регулятор увеличил уровень обязательного резервирования, тренд ставок поменял направление. «Махина ведь огромная, мы тяжело перестраиваем баланс, на это уходит минимум полгода», — пожаловался Греф.

Дедолларизация. Курс на дедолларизацию – правильная мера, отметил Греф. «Сегодня доллар — монополист в мире, а любая монополия — зло», — сказал он. Однако в ближайшее время ситуация сильно не изменится – доллару нет альтернативы и в ближайшие десятилетия не будет.

Россияне по-прежнему активно используют доллар для сбережений. Важно не подогревать панические настроения разговорами об отмене хождения валюты в стране, подчеркнул Греф. «Как только чуть-чуть погрозим пальчиком, люди тут же вытащат деньги и спрячут под матрас. На всякий случай. Чтобы целее были. Горький опыт есть», -сказал он.

Сбербанк и радикальная правда. Это не моралистская концепция, а корпоративная философия, говорит Греф Каждый сотрудник Сбербанка «не вправе приглаживать, ретушировать или, тем более, скрывать информацию, связанную со своим текущим статусом и выполнением служебных обязанностей». Но за пределами производственного процесса сотрудники не обязаны ее соблюдать.

Согласно политике Сбербанка, сокрытие важной информации и фактов является безусловным основанием для увольнения, говорит Греф. «Подобных случаев было не так много, но среди тех, с кем пришлось расстаться, оказались и некоторые руководители подразделений», — рассказал он.

Сейчас в банке работают около 310 тысяч человек, если считать вместе с экосистемой. При этом ежегодно уходят 10-15 тыс. человек, занимающихся простыми операциями, и растет число тех, кто занят квалифицированным трудом, рассказал Греф.

Обучение сотрудников. Сотрудники Сбербанка проходят регулярную оценку. Это зеркало профессионального состояния — оценка помогает понять, где у сотрудника слабые места. «Рисуем картинку, показываем, в чем у сотрудника уровень повыше, в чем — пониже», — рассказывает Греф. Затем человеку составляют индивидуальный план развития, назначают ментора, и затем контролируют, есть ли прогресс.

Люди могут учиться в Корпоративном университете Сбербанка, кроме того, банк ежегодно отправляет 60 человек в London Business School и до 500 менеджеров на совместную программу с INSEAD. Есть платформа-симулятор реальных ситуаций DDI. «В течение дня проводится тестирование со всеми стрессами, перегрузками, multitasking’ом, умением одновременно заниматься несколькими делами. За процессом следит машина, она же в итоге выносит вердикт, определяя, насколько человек справился с поставленными заданиями, быстро и правильно ли принимал решения при дефиците времени», — рассказывает Греф. В результате получается полная диагностика психотипа и управленческих наклонностей.

Госуправление. В России исторически отсутствует эффективная модель управления, заявил глава Сбербанка. У нас постоянно пытаются использовать чужие модели, но затем объявляют, что они не соответствуют менталитету, вместо того чтобы признать собственные управленческие ошибки. «Я уже как-то говорил, что мы в России без конца пытаемся изобрести третий путь, поскольку не пробовали пойти по тем, которые проторены до нас. Если бы мы изучили как следует хотя бы один из них, никогда не стали бы изобретать колесо», — сказал Греф.

При этом себя Греф считает себя больше бизнесменом, чем чиновником – нет морального давления, возникающего из-за недостаточной результативности, а любые решения даются огромным трудом. «Хотя, оглядываясь, могу сказать, что нам удалось очень многое сделать. Тем не менее это, пожалуй, самый тяжелый для меня опыт», — признался он.

Строительство коровников. На первую машину Греф заработал, будучи студентом юридического факультета Омского университета – ездил в стройотряды. «Сперва строили коровники, затем переключались на двухквартирные дома. Сказать по совести, никто из нас толком не понимал, как и что надо делать», — признал он.

«Помню, через год приехали в те же места, а семья молодой учительницы и медика, для которой мы строили квартиру, встречает нас жалобами. Оказалось, у туалета, расположенного чуть в стороне от здания, зимой сорвало крышу и намело внутри сугроб.

Стали разбираться. Лист шифера сверху мы-то положили, а укрепить забыли. Ветер подул, и крыша, что называется, поехала… Смех и грех! Конечно, извинились и переделали, как надо», — рассказал Греф.

08.02.2019