Директор департамента онлайн-проектов банка Хоум Кредит Богдан Митин-Шевченко больше месяца живет в кенийской деревне недалеко от города Момбаса. Он был вынужден там остаться после закрытия границ. Богдан рассказал Frank Media об удаленной работе из Африки, сложностях местного быта и перспективах возвращения в Россию.

Богдан Митин-Шевченко с супругой, фото: личный архив

Из отпуска в карантин. Мы с супругой приехали в отпуск в Кению 16 марта. Первую неделю было весело, катались по саванне и изучали страну. На второй неделе «запахло жареным», стало очень некомфортно, особенно когда отменили все рейсы. Когда мы поняли, что улететь уже не сможем, то арендовали квартиру и обосновались в деревне Мтвапа.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

Я работаю так же, как и коллеги в Москве, целый день нахожусь в закрытом пространстве и решаю рабочие вопросы. Только на выходных мы иногда выбираемся к морю. К морю ходить нельзя, но нам повезло: квартира находится в таком месте, что получается выйти тайком. Вообще в городе строгие ограничительные меры, в 7 вечера наступает комендантский час и на улицу выходить нельзя. Можно только днем ездить в магазин, аптеку или клинику, как и везде.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

И в работе в офисе, и в удаленке есть свои плюсы. Главный минус удаленной работы – недостаток личного общения. Живое общение очень важно, руководителю необходимо хотя бы раз в месяц встречаться лично с каждым сотрудником, который находится у него в прямом подчинении. Раз в три месяца нужно встречаться вообще с каждым сотрудником, если, конечно, позволяет количество людей.

Однако лично мне в целом комфортнее на удаленке, я человек «загородный». Меньше времени уходит на дорогу, какие-то ненужные перемещения в офисе. Бывает, идешь по коридору, встретишь кого-нибудь и начинаются бесконечные разговоры ни о чем, которые сильно отвлекают. На удаленке такого нет. Если вдруг мы перейдем на такой режим работы после окончания пандемии, мне так будет комфортнее. Идеальным графиком для меня было бы два дня в неделю работать из дома, а три дня — в офисе.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

Супруга сейчас тоже работает удаленно, в рабочие дни каждый занят своими делами и мы не сильно отвлекаем друг друга. Несмотря на то, что в нашей квартире несколько комнат, мы не расходимся и работаем в одном помещении. Сильнее мешают работать мысли и переживания, которые сильно давят на меня. Это не курорт. Мы переживаем за близких в России: если с ними что-то случится, будет очень трудно помочь дистанционно.

Местные трудности. Нам и самим страшно заболеть здесь. Наша деревня — это как пригород Анапы, но с африканским колоритом. Любая проблема со здоровьем, которую в Москве можно решить за один день, доехав с полисом ДМС до нормальной поликлиники, здесь превращается в стрессовую ситуацию. Лекарства достать тоже сложнее, чем в Москве – нет трех аптек в радиусе 100 метров, как мы привыкли.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

Недавно я повредил локоть на тренировке, а у меня было всего три противовоспалительные таблетки. Когда они закончились, воспаление распространилось по организму, поднялась температура. Идти с температурой в местную больницу – значит точно попасть в инфекционку, которая, как я подозреваю, не лучшее место на земле. Повезло, что температуру удалось сбить за пару дней обезболивающими, которые тоже обладают противовоспалительным эффектом.  Все мысли крутятся вокруг подобных проблем, нет ощущения, что ты фрилансер на удаленке и наслаждаешься жизнью под солнцем.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

В Кении уже есть зараженные, но пока их немного — 374. Возможно, это потому, что местные власти применяют жесткие меры контроля: нельзя ходить без маски, заходить в магазин, не обработав руки, выходить на улицу после семи и передвигаться между районами города. Хотя, может быть, это потому, что во всей стране провели всего 374 анализа. Местные жители относятся к нам нормально и дружелюбно.

Есть бытовые проблемы. Например, в Кении нестабильное электроснабжение. Когда идет гроза, а это обычно случается два раза в день, подстанция перестает работать и мы остаемся без интернета. Поэтому для того, чтобы всегда быть на связи, нам приходится платить за мобильный интернет в роуминге. Кроме того, надо что-то решать с физической нагрузкой. Раньше я проходил 12-15 тысяч шагов в день, теперь, наверное, не больше двух тысяч. К сожалению, здесь у меня сломался фитнес-браслет, поэтому я даже не знаю точной цифры.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

Эвакуации не будет. Удаленная работа с нестабильной связью вызывает не так много проблем с коммуникацией с сотрудниками, как можно было бы подумать. Мне повезло, у меня была очень сплоченная команда, мы долго трудимся вместе и хорошо сработались. Однако на днях в банке произошли изменения в структуре, у меня появились еще две команды, поэтому стало сложнее. Мне только предстоит сработаться с ними, я должен выделять больше времени на личное общение, что непросто в моих условиях. Мои коллеги абсолютно нормально отнеслись к тому, что я застрял в Кении. Все просят прислать фотографии местных насекомых и вид из окна.

Фото: личный архив Богдана Митина-Шевченко

Мы не надеемся вернуться домой вывозными рейсами. Минтранс даже не в курсе, что в Кении есть российские туристы. Мы сможем вернуться только после открытия границ, купив билеты за свой счет. Никто даже не думает о том, чтобы осуществлять эвакуацию из Кении, ее нет и не будет.

Во времена финансовых кризисов банкирам важно оставаться в курсе текущих новостей. Подпишись  на наш телеграм – канал Frank RG (https://t.me/frank_rg) чтобы оперативно получать данные о ситуации в банках и экономике. Не пропусти, когда начнется!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.