Что такое импакт-инвестиции и кому они доступны

Вероника Жукова, директор управления финансовых продуктов и развития платформы Sber Private Banking, основатель клуба «Импактус», фото: личный архив

В 2017 году Вероника Жукова, возглавляющая сейчас управление финансовых продуктов и развития платформы Sber Private Banking, вернулась из Сингапура в Москву. Она собрала знакомых и, опираясь на азиатский опыт, убедила их создать клуб инвесторов для социальных предпринимателей. Сейчас в клубе несколько десятков человек, включая топ-менеджеров Альфа-банка и Visa. Они инвестируют личные деньги в проекты по сбору ненужной одежды, подготовке нянь для особенных детей и другие. Жукова рассказала Frank Media, чем отличаются импакт-инвестиции от обычных, кто может их получить и на что предприниматели тратят заемные деньги.

Как все начиналось. Идея запустить клуб пришла около четырех лет назад. До этого многие годы я старалась помогать различным социальным предпринимателям с точки зрения неформального менторства. В какой-то момент стало понятно, что есть много интересных идей, энергии и что можно найти инструмент, который бы помог инвестировать в эти идеи и менял бы все вокруг не только точечно, но и структурно.

Часто не хватает каких-то банальных вещей: люди не обладают достаточным управленческим опытом, есть проблема масштабирования, то есть предприниматель уже запустил свой проект, появился круг пользователей, но нужны ресурсы для роста. В какой-то момент проект выходит на этап, который требует финансирования, и здесь история может быть интересной. 

Это наложилось на мою персональную историю. До создания клуба я работала в Сингапуре, но в силу личных обстоятельств приняла решение вернуться в Россию и мне хотелось иметь свой персональный дополнительный стимул. Я подумала, что сейчас самое правильное время, чтобы начать реализовывать мечту, которая у меня была давно.  

В октябре 2017 я прилетела в Москву, и уже в декабре у нас состоялась первая встреча людей, которым было интересно стать членом клуба импакт-инвестиций. Откликнулись разные люди, кого-то я знала лично, кого-то нет. Костяк клуба быстро сформировался, потом люди сами стали к нам приходить. Некоторые инвесторы публичны, другие по разным причинам не хотят раскрывать членство в клубе. Сейчас в клубе «Импактус» несколько десятков человек. Среди них — член совета директоров Альфа-банка Алексей Марей и глава департамента бизнес планирования и операционной деятельности платежной системы Visa Александр Кузьмичев.

Зачем нужны импакт-инвестиции. В России социальные предприниматели чаще всего регистрируют несколько юридических лиц: одно из них, скорее всего, будет какой-то некоммерческой организацией, другое – условно ИП. У нас пока нет организационной формы, которая бы могла в одной компании соединить то, что нужно социальным предпринимателям. 

Дарья Алексеева, создательница сети по сбору ненужной одежды «Второе дыхание», фото: соцсети

Некоммерческая часть нужна предпринимателям, чтобы участвовать в различных конкурсах и получать гранты, в том числе от государства. Это позволяет им привлекать финансирование. Плюсом такого финансирования является то, что оно фактически безвозмездно. Отчет за использование этих средств прописан в рамках условия конкурса и требует, как правило, только дополнительной организационной работы.

Минус таких грантов в том, что предпринимателям приходится создавать целую внутреннюю структуру, обслуживающую этот грант. Для его получения нужна отдельная программа, а также отдельное администрирование и так далее. Кроме того, государственные деньги в каком-то смысле расхолаживают. 

Традиционное кредитование и инвестиционные раунды социальным предпринимателям недоступны. Те, кто приходят к нам, не имеют траектории быстрого роста в отличие, например, от технологических проектов, которые могут «поднять» классические инвестиции.  

Импакт-инвестиции – это способ для социального предпринимателя получить деньги на развитие проекта. Импакт-инвестирование пока только зарождается, как и само социальное предпринимательство. В России число предпринимателей невелико – 4 млн зарегистрированных, из них 50 тысяч социальный предпринимателей, то есть чуть более 1%. Хотя, конечно, не все социальные предприниматели значатся в специальном реестре. 

Среди проектов по социальному предпринимательству еще не было таких, которые бы дошли до стадии продажи бизнеса какой-нибудь крупной корпорации, хотя за рубежом таких примеров масса. Например, в Азии много кейсов, когда какой-нибудь гигант покупает условное производство эко-продукции из какао-бобов. 

Откуда деньги. Члены нашего клуба инвестируют свои личные деньги. Средний чек сейчас составляет примерно 1,5-2,5 млн рублей, средний срок займа –  год-два. Мы стараемся, чтобы ставка была сопоставима со ставкой ЦБ, последний заем мы выдали под 4-5% годовых в рублях.

Предприниматели по-разному могут договориться с нами о том, как возвращать заем. Аннуитетные платежи обычно начинаются через полгода с момента получения займа, мы даем предпринимателям время, чтобы они начали получать от инвестированных денег отдачу. 

Мы выдаем именно займы, но в будущем планируем начать входить в капитал компаний. Прежде мы должны накопить определенную экспертизу по их оценке, выстраиванию долгосрочной стратегии у социальных предпринимателей. Мы должны понимать, что мы делаем, если происходит дефолт или проблемы с возвратом. 

Случаев невозврата у нас не было. Есть только один кейс, в котором мы предоставили отсрочку на год – это было связано с пандемией и закрытием производства на время. Это наш первый опыт, если так можно сказать, реструктуризации долга.  

Создатель проекта «Няни особого назначения» Евгений Глаголев (справа внизу), фото: соцсети

Какие проекты. Как правило, мы вкладываемся в действующие проекты, которые уже генерят выручку, но им не хватает средств для масштабирования. 

Например, мы инвестировали в развитие региональной сети «Второго дыхания» — фонда, который организует прием ненужной одежды и дает ей вторую жизнь. Концепция бизнеса оправдала себя в Москве, но для того чтобы выйти в регионы, проекту нужны были средства – найти пункты, оборудование, людей, построить склад и так далее. 

Сейчас эти пункты приема ежемесячно собирают 100 тысяч тонн одежды. Одежда поступает на большие склады, где сортируется на три категории. Первая – это хорошая дизайнерская одежда, она идет в комиссионные магазины. Вторая – это хорошая добротная одежда, но в комиссионке ее не продашь. Эту одежду отвозят в регионы и там раздают. Третья – это ветошь, которая перерабатывается. Из нее производят вешалки, ручки, тряпки и так далее. Дарья Алексеева, создательница этой сети, выиграла премию EY как лучший социальный предприниматель. 

Еще один проект – «Няни особого назначения». Его создатели ищут на рынке и обучают нянь, которые могут работать с особенностями здоровья и развития. Таких нянь на рынке в принципе нет, а здесь – сообщество, тренинг, поддержка – семьи получают нянь и оплачивают их работу почасово.

Проект «Малый Турыш» (ранее – Coco Bello) создала Гузель Санжапова. Она была маркетологом в крупной международной компании в Москве и решила развивать родную деревню под Екатеринбургом. Там уже практически никого не осталось, но она наладила производство парфе из меда и ягод, в красивой упаковке, обеспечив таким образом работой местных жителей. Сейчас Гузель строит большой комьюнити-центр в деревне, на его открытие приезжала выступать группа «Чайф». Там будет развиваться точка местного экотуризма. 

Гузель Санжапова (слева) и участницы ее проекта «Малый Турыш», фото: соцсети

Мы вкладываемся в бизнес не только деньгами, но и поддержкой, своей экспертизой. Например, одному из наших проектов – компании «Кинезис», которая производит индивидуальные коляски, – мы помогли организовать роуд-шоу прямо на фабрике: собрали всех, кого знаем, и эта встреча вылилась в контракты на заказ колясок.

Как клуб отбирает проекты. У нас есть критерии отбора проектов, они прописаны и мы их периодически обновляем. Мы смотрим на несколько блоков. Первый – это финансовый, нам хочется понимать, как работает бизнес-модель и быть уверенными, что заем будет возвращен. 

Второй большой блок связан с импактом. Какую проблему решает проект? На каком рынке? Какими способами? Почему его создатели думают, что это эффективно, как они видят его развитие в будущем?

Следующий блок мы назвали так – масштаб мечты и угол наклона. Куда реально люди метятся, как они себя видят на горизонте нескольких лет и как бы они хотели, чтобы это все развивалось? Мы хотим понимать, что если мы вкладываем деньги и усилия, то это должно привести к подъему и какому-нибудь сдвигу. 

У нас проекты в основном из Москвы и Санкт-Петербурга, до региональных историй мы пока не можем достучаться. Часть проектов приходит из различных сообществ, которые объединяют социальных предпринимателей. Каждый месяц мы смотрим как минимум на три проекта. Большинство проектов мы отсеиваем, но это не значит, что мы отсеиваем их насовсем. Чаще всего мы начинаем на них смотреть и даже помогать какими-то другими ресурсами. 

Что мне это дает. Невероятный драйв и радость, потому что вся эта история про то, как, имея идею и желание что-то изменить, это можно реально сделать. Никаких препятствий не существует. Удовольствие видеть идейных заряженных ребят и как что-то меняется. У нашего клуба есть возможность прикоснуться к источнику драйвовых изменений и помочь им выстрелить. 

Подпишитесь на наш телеграм-канал @frank_media, чтобы оперативно получать данные о ситуации в банках и экономике. Не пропустите, когда начнется!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.